Когда тебе рассказывают о владелице двух гостиниц, ты представляешь себе достаточно взрослую статусную женщину, скорее всего, чью-то жену или наследницу родительского бизнеса. Но когда ты видишь перед собой молодую, на вид скромную очаровательную девушку, что-то в твоей системе представлений идет не так…


Инга, извините за нескромный вопрос, сколько вам лет?

Скоро 43 года.

Наверное, такие глаза, как у меня сейчас, вы часто видите, когда говорите о своем возрасте 🙂

Бывает 🙂

Что ж, несколько месяцев назад в Кишиневе вы открыли гостиницу «Casa Daca». Около пяти лет назад в Вадул-луй-Водах вы открыли гостиницу «Villa Drago». Что вас привело в гостиничный бизнес?

Случай. Учитывая, что по специальности я архитектор и дизайнер, ко мне обратились с предложением спроектировать гостиницу. Потом предложили войти в долю. Потом у людей закончились деньги, мне было жалко своих уже вложенных, и пришлось выкупить весь бизнес. Так, мы совершенно неожиданно для себя остались с «Villa Drago», бизнесом, в котором я совсем ничего не понимала.

Как вспоминаете то время?

Честно? Первый год был просто кошмаром. Даже не хочется его вспоминать. А потом, постепенно, все стало налаживаться и сейчас мне заниматься гостиницей в радость.

Настолько в радость, что решили открыть вторую гостиницу?

Со второй гостиницей получилась примерно такая же история, что и с первой. Тоже дело случая.

Что именно вам нравится в гостиничном бизнесе?

Мне, в принципе, нравится что-то создавать, нравится учиться новому, нравится, как по частям получается одно целое. Ведь, гостиница – это и само здание, и интерьер, и команда, которую надо собрать по крупицам, и продумывание концепта меню и много мелочей, без которых не будет хорошего конечного продукта. Мне это все очень интересно.

Чем вы занимались до гостиниц?

Я работала в Лондоне, где живу уже 23 года.

Как так получилось, что вы туда уехали?

В 19 лет по студенческой программе поехала собирать клубнику. Там я влюбилась в парня, с которым впоследствии мы поженились. Я решила продолжить учебу, потом работала архитектором в студии.

Вы продолжили учебу в Лондоне?

Мой муж был из Литвы, поэтому два года я проучилась там. Потом мы вернулись в Лондон, где я прошла мастерат.

Основное время вы проводите в Англии?

Да. Там учатся дети и сконцентрирована наша основная жизнь.

Как часто бываете в Молдове?

Раньше приезжала редко, сейчас стараюсь приезжать на несколько дней каждый месяц, потому что запуск новых проектов требует моего непосредственного участия.

Выходит, вы одну половину жизни прожили в Молдове, другую – в Англии

Вообще, я родом из Украины, Львов. В свое время моих родителей отправили в Кишинев строить Чеканы, мой папа был главным архитектором этого района. В 91-м, когда произошел приднестровский конфликт, мои родители испугались и отправили меня обратно во Львов. Там я оставалась до тех пор, пока не уехала в Англию.

Что вас вернуло в Молдову?

Мои родители, которые здесь остались.

Кем вы себя ощущаете? Я имею в виду, национальность, причастность к какой-то стране.

Я не особо верю в концепт родины, как таковой. Что такое, вообще, Родина? Если говорить, например, о Молдове, то в Гагаузии или на севере я никогда не была, как я могу назвать всю страну родиной? Границы самоощущений всегда меняются и часто бывает, что меняются в разные стороны. Мой первый муж – литовец, соответственно, старший сын – наполовину литовец. Второй муж – итальянец, соответственно, двое детей-двойняшек от второго брака – наполовину итальянцы, а все дети родились в Англии. Как мы можем однозначно определить, кто из нас какой национальности? Мне кажется, в современном мире ощущать себя кем-то, исходя из национальности или из места, где ты родился, уже не актуально. Я себя ощущаю человеком. Даже, не женщиной, а просто человеком.

Когда, например, в Англии спрашивают, откуда вы, что вы отвечаете?

Я говорю, что из Молдовы.

Значит, ощущение дома, все-таки, здесь?

Какое-то время я ощущала своим домом Лондон. Сейчас мы от него немного подустали и планируем переехать в Лиссабон. А на данный момент, да, Молдова ближе всего к сердцу.

Вы говорите на государственном языке?

Я около двух лет занимаюсь с репетитором по скайпу, много чего понимаю, но хорошо говорить еще не могу. Это мой седьмой язык, поэтому и учится он не так быстро, как хотелось бы. Но, конечно, я бы предпочла на нем свободно говорить.

В Англии вы – наемный работник или у вас свой бизнес?

Когда родились маленькие дети, я поняла, что как раньше работать на кого-то не получается и открыла свою небольшую студию.

Какое вы бы выделили одно из главных отличий в подходе к бизнесу здесь и в Англии?

В Англии намного легче найти людей на работу, там есть, из кого выбирать. В Молдове, лично для меня, найти хорошую команду было большой проблемой.

На какие моменты вы обращаете внимание, нанимая на работу? Что для вас важно в работниках?

Во-первых, для меня важны личностные качества. Недавно, например, я взяла очень хорошего профессионала, но в течение какого-то времени поняла, что он не подошел нам по человеческим качествам, и мы с ним распрощались. Мне хочется, чтобы люди, которые здесь работают, были бы как пазлы одной картинки, чтобы им было комфортно в этой атмосфере и друг с другом.

Второе, человеку должно быть интересно то, чем он занимается, он должен хотеть этого. Если это бармен, то он должен хотеть быть барменом, а не относиться к работе, как к промежуточному периоду между учебой.

К каким нюансам в бизнесе в Молдове вам приходилось привыкать?

Например, в Англии принято за месяц расписывать поминутно свой календарь, в том числе, и встречи. В Молдове так не работает. Если ты хочешь назначить кому-то встречу, тебе могут предложить созвониться утром и договориться. Сначала, я была обескуражена этим, а потом привыкла и даже нашла плюсы в такой спонтанности.

Неприятно удивило, что в Молдове в бизнесе не считается стыдным что-то украсть. Раньше с таким я нигде не встречалась. Сначала я увольняла за каждую копейку, а потом мне друзья объяснили, что воровство персонала в пределах десяти процентов – это нормально. Наверное, это такие правила игры.

Как справляетесь с этим?

Когда я подбираю на работу людей на ключевые позиции, всегда спрашиваю, сколько они хотят получать, чтобы не воровали. И мы договариваемся. С остальными сложнее, но тоже справляемся.

А не в бизнесе, просто в жизни, какие вы бы выделили ментальные особенности молдаван?

Из моего личного опыта, концентрация творческих людей в Молдове самая высокая из всех мест, где я когда-либо была. Так много творческих и креативных людей я нигде не встречала. Причем, это необязательно музыканты или танцоры, а просто люди, которые что-то создают. Например, молдавские виноделы – просто нереальные люди.

Еще, я знаю, что здесь многие ругают кумэтризим, а я понимаю, зачем это здесь нужно. Это такой способ жизни. Молдова – маленький кусочек земли, который исторически постоянно находился под чьим-то влиянием. И было просто необходимо создавать свою ячейку общества, где все друг другу помогают и создают для себя благоприятные условия жизни. Так легче было выживать. Такая форма существования прижилась и, думаю, сейчас не менее актуальна.

Ваша семья, муж и дети, бывают в Молдове?

Да, на каникулах приезжают. Им здесь очень нравится. Моя девятилетняя дочь говорит, что когда вырастет, будет жить в Молдове, она здесь просто расцветает. Старший сын, которому уже 18 лет, приезжает сюда со своими литовскими или английскими друзьями, все в полном восторге, никто не хочет отсюда уезжать. Мой муж просто обожает Молдову.

Я знаю про еще один ваш очень интересный проект в Молдове. Расскажите про него.

Меня с недавних пор интересует тема экологии. Не могу сказать, что отдельно какой-то страны, потому что, когда мы говорим об экологии, подразумеваем мировые масштабы, а не масштабы отдельно взятой территории. Но начинать надо с чего-то и в прошлом году я зарегистрировала в Молдове неправительственную организацию, чтобы развивать, так называемые, зеленые технологии. У меня было много идей и большое желание, но не было понимания, как это эффективно применить на практике. Тогда я решила поступить в университет в Англии, лучший по этой специальности. Мои преподаватели писали европейские законы по экологии и из первых уст делились с самой актуальной и важной информацией. Дипломную работу я писала на тему «Переработка мусора в Молдове».

На сегодняшний день, в мире существует огромное количество методов переработки мусора. В Молдове утилизируется около 15 % мусора, остальное отправляется на свалку. Практически нигде в Европе уже такого нет. Потому что, помимо вопросов по экологии, мусор – это очень ценный ресурс. Именно этими вопросами мы и планируем заниматься в рамках нашей организации. А пока мы тесно сотрудничаем с организацией «Hai Moldova».

Инга, у вас очень интересная жизнь и география, не могу не спросить, что вами движет всегда идти вперед, не останавливаться, открывать для себя новые горизонты?

Интерес. Мне с моим мужем всегда интересно познавать, и в этом познании стремиться делать то, к чему душа лежит. Мой муж, финансист, сейчас хочет поменять профессию на психотерапевта. Причем, это совсем не прибыльная профессия, он будет зарабатывать раз в 8 меньше, чем сейчас. Но в жизни бывают такие моменты перезагрузки, когда ты ищешь те направления, которые тебе действительно важны. И для нас это естественно. К тому же, у нас такая длинная жизнь, что просто невозможно втиснуть себя в рамки только одной профессии или деятельности. Хочется всегда двигаться дальше и пробовать что-то новое…

Текст: Кристина Цуркан

Facebook Comments